Обеспечение стабильного роста производительности труда на российских предприятиях – одна из ключевых задач национального проекта «Производительность труда и повышение занятости», запущенного в 2018 году. Цель – добиться ежегодного роста производительности не ниже 5% на средних и крупных предприятиях несырьевых отраслей к 2024 году. Оператором проекта выступает Федеральный центр компетенций в сфере производительности труда (ФЦК).
В интервью «Ведомостям» генеральный директор ФЦК Николай Соломон рассказал, почему российский бизнес не всегда самостоятельно стремится к повышению эффективности и что мешает внедрению бережливого производства в стране.
Ключевые тезисы
Неэффективность вместо роста
Соломон привёл жёсткие цифры: производительность труда в России — около $25 в час, в Европе — $50–60, в Норвегии — свыше $90.
«Мы же компенсируем неэффективность увеличением рабочих часов, зачастую в нерабочее время. Это не выход — именно поэтому появился национальный проект» .
Две группы бизнеса
По словам Соломона, бизнес, заинтересованный в повышении производительности, делится на две группы: те, кто выживает в конкурентной борьбе, и компании, ориентированные на долгосрочное развитие с применением бережливого производства и созданием новой производственной культуры.
Почему бережливое производство не приживается
«В отличие от японских предприятий, где у работников есть полномочия останавливать конвейер при обнаружении брака, у нас подобная культура часто отсутствует. Рабочий говорит о проблеме, а начальник отвечает: “Зачем ты “стукач”?” Такая позиция тормозит развитие» .
Управленцы не готовы к изменениям
Соломон указывает на недостаток профессиональной подготовки руководителей и нежелание менять устоявшиеся системы:
«Внедрять новую производственную систему приказами нельзя. Топ-менеджмент должен стать флагманом изменений, средний уровень тоже должен постепенно включаться. Один из ключевых моментов — обратная связь по предложениям рабочих. Если предложения не рассматриваются, сотрудники теряют мотивацию» .
Тренируем, а не просто учим
«Многие предприятия пытались внедрять бережливое производство самостоятельно, но без системной поддержки и практики это не работает. Мы не просто обучаем, а тренируем в реальной производственной среде. Наши консультанты — бывшие специалисты крупных российских компаний, они говорят с производственниками на одном языке» .
Пример Средне-Волжского механического завода
На заводе, производящем оборудование для нефтедобычи, удаление лишних перепадов в организации производства позволило увеличить производительность на 40% , освободить 20% площадей и высвободить часть персонала. При этом предприятие сохранило качество и сократило издержки.
«Мы не просто говорим “сократите количество людей”, а ищем альтернативные пути загрузить освободившихся сотрудников» .
Производительность и инвестиции
Соломон критикует практику внедрения сложных ERP-систем без предварительной оптимизации процессов:
«Японцы успешно работают на оборудовании 1980–1990-х годов, всё дело в техобслуживании и продуманных процессах».
Перспективы
По мнению Николая Соломона, у национального проекта огромный потенциал: «Расти могут все регионы страны. Чем активнее губернаторы, тем выше результат». Сейчас проект реализуется в 37 регионах, к 2023 году охватят всю Россию.
О будущем он говорит с осторожным оптимизмом:
“Меня пугают мечты о тотальной роботизации, где машины делают все за нас. Это скучно. Я хочу, чтобы люди больше взаимодействовали, отдыхали, играли в футбол, а не сидели перед экранами. При этом технологии и диджитализация, конечно, будут помогать, но не заменят творческий вклад человека”.
Таким образом, национальный проект нацелен на создание новой производственной культуры в России — основанной на бережливых принципах, где ценится каждый сотрудник и оптимальны процессы. Поддержка государства и практичный опыт ФЦК делают этот процесс реальным и выгодным не только для экономики страны, но и для каждого бизнеса.
Источник: интервью «Ведомостям», 2019 г., публикация на «Алгоритме». Фото: Андрей Гордеев / Ведомости.
Ваш комментарий будет первым