ВЭО России искали точку опоры в вопросе повышения производительности труда

Сергей Бодрунов, президент Вольного экономического общества России

Сергей Бодрунов, президент Вольного экономического общества России. Фото www.veorus.ru

5 сентября 2019 года в медиацентре «Российской газеты» состоялась экспертная сессия Координационного клуба Вольного экономического общества России (ВЭО России) «Поднять производительность труда: где точка опоры?», посвященная вопросам, связанным с реализацией целей и задач нацпроекта в сфере повышения производительности труда.

Сергей Бодрунов, президент ВЭО России и Международного Союза экономистов, отметил, что в сфере производительности труда мы серьезно уступаем развитым странам и привел данные Организации экономического сотрудничества и развития за 2018 год, согласно которым производительность труда на российских предприятиях оказалась самой низкой среди европейских стран. Ниже эффективность только у работников из Южной Африки и Мексики.

Ученый добавил, что цель «обеспечить рост производительности труда в 1,5 раза», поставленная Президентом в майских указах 2012 года, не была достигнута, и сегодня нам предстоит «стартовать с того же места». Новым майским указом 2018 года определены новые цели: рост производительности труда на предприятиях несырьевых отраслей экономики должен составить не ниже 5% в год, что, возможно, позволит вывести Россию на уровень ведущих экономик мира.

Дмитрий Пищальников, руководитель Экспертной группы по национальному проекту «Производительность труда и поддержка занятости», выразил сомнение, что национальный проект даст рост производительности труда, и назвал две причины. Первая – это недофинансированность. Вторая – отсутствие спроса со стороны предпринимателей. «Пропагандируется научная организация труда – методы давно известные. Но, когда говорят, что Федеральный центр компетенций научит всех, как повышать производительность труда, в этом легко усомниться. Потому что невозможно научить людей при отсутствии спроса», – добавил Дмитрий Пищальников.

По мнению докладчика, у национального проекта должна быть всего одна, но очень важная цель – создание спроса, который должен состоять из четырех блоков. «Во-первых, в программу должно входить прямое стимулирование за повышение производительности труда с отменой всех налоговых льгот и программ субсидирования, – рассказал Дмитрий Пищальников, – во-вторых, необходим учет производительности труда, я рад что нашу методику через учет добавленной стоимости на одного работника приняли. В-третьих – нужна массовая пропаганда повышения производительности труда, для того чтобы помочь руководителям компаний вовлечь в процесс трудовые коллективы, и, в-четвертых – необходимо специальное обучение методам производительности труда, для чего на первом этапе необходимо привлечь к этому делу два-три вуза».

Дмитрий Сорокин, вице-президент ВЭО России, научный руководитель Финансового университета при Правительстве РФ, поделился своим видением проблемы: «Почему мы так плохо решаем вопрос с повышением производительности труда? В первую очередь речь идет о том, на какой технологической базе ее решать? Российская экономика находится в четвертом технологическом укладе, в то время как наши конкуренты – в пятом. Что вы не делайте, а четвертый уклад не может дать более высокую производительность труда, чем пятый. По данным Росстата за 2008 год, технологическую инновационную активность проявляли всего 9,6% предприятий. Была поставлена задача – увеличить ее до 40-50%. Что мы видим сегодня? Те же – 9,2%. Это наша первая и главная проблема – предприниматели не хотят технологически перевооружаться».

Иван Данилин, заведующий отделом науки и инноваций ИМЭМО имени Е.М. Примакова РАН, выразил мнение, что среди причин низкой производительности труда – кадровое ограничение, информационная асимметрия и отсутствие пилотных технических объектов: «Я недавно читал исследования об «Индустрии 4.0» в Германии, так вот – основная проблема малых и средних предприятий заключается в следующем: они не внедряют новые технологии, потому что не понимают, что внедрять, и предпочитают подождать лет 5 – 7 лет, пока станет понятно, во что инвестировать? Что касается технических мер, то первый вопрос – это дефицит людей, кто конкретно будет делать эти вещи руками?».

Александр Бородулин, исполнительный директор МОД «Лин-Форум. Профессионалы бережливого производства», также обозначил некоторые недостатки программы повышения производительности труда: «Предприятия заводятся в программу с помощью Федерального центра компетенций. Предприятие подает заявку на вступление в проект, далее приходит тренер и проводит на предприятии какое-то время для того, чтобы обучить сотрудников методике сокращения временных и трудовых затрат. Что происходит потом? Тренеры уходят на другой объект. Предполагается, что будет воспитана некая смена, появятся лидеры, которые продолжат эту деятельность. Однако предприятия в тревоге, они не понимают – что будет, когда тренеры уйдут, а энергетика утеряна? Не нужно ли дальнейшее сопровождение, не будет ли отката назад?»

Спикер подчеркнул, что организация этой работы, к сожалению, пока шаблонная, не учитываются временные условия, нюансы отрасли и конкретного предприятия, механизм обратной связи заморожен, а главное – есть дефицит общественного доверия.

Сергей Митин, член Правления ВЭО России, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию, говорил о производительности труда на примере сельского хозяйства – одного из самых динамично развивающихся секторов российской экономики. Сенатор отметил, что несмотря на то, что производительность труда в сельском хозяйстве растет быстрее, чем в других отраслях, Россия продолжает уступать мировым лидерам в эффективности организации производства. Например, по данным Росстата и Всемирного банка за 2013-й год, в США производительность труда в сельском хозяйстве в 6,4 раза выше, чем у нас. Нас обгоняют даже Беларусь – в 1,7 раза, и Польша – в 2,7 раза.

Сенатор полагает, что для того, чтобы догнать развитые страны, России необходимо перейти к инновационному развитию сельского хозяйства. И ключевое значение имеет создание эффективной системы внедрения результатов научных исследований и разработок в сельскохозяйственное производство, а также развитие сельских территорий.

Сергей Рябухин, вице-президент ВЭО России, председатель Комитета по бюджету и финансовым рынкам Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, напомнил участникам сессии о том, что в послании Федеральному Собранию Президент призывал ориентироваться на цифры «три-четыре-пять»: не менее 3% роста ВПП, не более 4% инфляции и производительность труда не ниже 5%.

Сенатор подчеркнул, что, к сожалению, эти цифры пока не достигнуты, а значение и показатели национальных проектов не соответствуют тем национальным целям, которые провозгласил Президент.

«Нет единого координационного центра, который бы администрировал совокупность и «провязку» всех национальных проектов, государственных и федерально-целевых программ, я уже не говорю о декомпозиции с региональным уровнем, потому что у каждого региона есть свой набор задач и целей, – рассказал сенатор, – эта работа должна была быть проведена до старта реализации национальных проектов».

По мнению Сергея Рябухина, необходимо разработать методику оценки эффективности национальных проектов и государственных программ. «Счетная палата разработала свою методику, которая отличается от методики Минэконразвития. Смотришь оценку Минэкономразвития – все хорошо! Счетная палата же дает совсем другие цифры… Нужно приводить оценку эффективности к единой метрике, тогда мы можем рассчитывать на повышение производительности труда», – подвел итог сенатор.

Руслан Гринберг, вице-президент ВЭО России, научный руководитель Института экономики РАН, полагает, что нет ни одной причины, которая бы способствовала росту производительности труда в России. «Во-первых, российская экономика – сырьевая: цена на нефть выросла – выросла и производительность, упала цена на нефть – и производительность за ней. Во-вторых – волатильность курса. Нам говорят, нужен инвестиционный импорт. О чем тут говорить, когда мы чемпионы по девальвации? И, в-третьих, российские предприятия все делают сами. Аутсорсинга почти нет, даже в обрабатывающей промышленности. А без этого никуда. Когда вы производите и узлы, и детали, то никогда не догоните других», – отметил ученый.

Руслан Гринберг также выразил мнение, что низкая производительность труда – проблема надуманная, и ее повышение может быть только результатом других мероприятий.

Дмитрий Пищальников не согласился с Русланом Семеновичем в том, что производительность труда – дисциплина отвлеченная. По мнению докладчика, это универсальный показатель, который выражен в финансах и позволит дать четкие и понятные ориентиры. Компании и производства создают добавленную стоимость, дают рабочие места и платят налоги в бюджет, поэтому национальный проект в сфере производительности труда должен стать главным.

По итогам сессии будет сформировано экспертное заключение, которое будет направлено в профильные органы государственной власти и заинтересованные организации.

Источник

algoritminfo

Публикую статьи и новости. Задавайте нам вопросы, отправляйте пожелания и рекомендации по адресу mail@algoritminfo.ru

Читайте также:

Добавьте комментарий

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Вы должны согласиться
Генерация пароля